войти кнопки соц.сетей
22 мая 2018 в 17:09

Несвоевременные мысли товарища Горького. Часть 1

Что же будет в ситуации, когда речь пойдёт уже о настоящей политической борьбе? Когда спор будет идти не о постах в ЖЖ, а о политических практиках? Когда за оппонентом реально можно будет выслать карательный отряд? Страшно представить... А ведь нам всё это пережить придётся... В ближайшую же пятилетку, видимо...

• Путин готовит переворот?
• Любовь к Путину
• Как Путин врёт про Боинг
• Людей или автоматику легче высадить и забрать с Луны?

Товарищу Горькому (он же Буревестник, он же Алексей Максимович Пешков) в этом марте стукнуло 150 лет.

Очень знаменательная дата, дорогие читатели. К сожалению, наш творческий коллектив на эту дату вовремя отреагировать не успел, поскольку был перегружен сверх всякой меры общественной работой. Теперь с Юбилея прошло уже больше месяца, но - лучше поздно, чем никогда, правда ведь? Таки тиснем пару слов за одного из самых выдающихся писателей Руси-матушки. Тем более, что повод есть и помимо славного Юбилея.Повод подкинули граждане с канала "Накануне". Они-то как раз вовремя отреагировали на Юбилей товарища Буревестника и забабахали коротенький ролик с ликбезом.
Ролик хороший и правильный, в целом. Только вот если мы хотим рассказать о том, насколько неудобен Горький для реакционеров, буржуинов, попов и всяких прочих фашистов - почему надо наш рассказ начинать с цитаты из "Несвоевременных мыслей"? Очень странный выбор произведения. Ведь наш товарищ Горький, так-то, всю свою жизнь ругательски ругал эксплуататоров, а большевиков взахлёб хвалил; единственное исключение - краткий период с, примерно, середины 1917-го года до, примерно, второй половины 1918-го года. Тогда наш Буревестник временно впал в состояние, которое вечно живой Ильич метко обозвал "интеллигентским пессимизмом", именно тогда Алексей Максимыч и накатал серию статей "Несвоевременные мысли" - он там как раз на большевиков обрушивается, уже и большевики ему, вишь, не потрафили. И вот, авторы с канала "Накануне" из сотен публицистических работ Буревестника выбирают для своего ликбезного ролика именно "Несвоевременные мысли". Я даже сперва подумал, что авторы просто рандомную цитату из инторнетов дёрнули, не заглядывая в первоисточник, но - нет, в ролике сказано, откуда цитата взята.Неаккуратно, граждане с канала "Накануне"! Эдак кто-то может решить, что Горький - враг большевиков, а вы - обманщики, которые спецом вырвали слова классика из контекста и ввели зрителей в заблуждение, выставив убеждённого антикоммуниста убеждённым коммунистом.Собственно, "кто-то" - уже так и решил. Вот ув. u-boot-man (сиречь - "Подводник") - не единомышленник наш, а просто мой давний ЖэЖэшный "френд", с которым мы взаимозадружились в те далёкие времена, когда у меня было всего человек 50 подписчиков - "наткнулся" на ролик про Горького, опознал цитату и запилил разоблачительный пост под названием "Ловкость рук". Уже из одного названия ясно, что "неаккуратность" авторов канала "Накануне" была принята ув. Подводником за интеллектуальное мошенничество. А и вправду - что тут ещё подумать? Разве можно вставлять в свой за-большевистский фильм такую цитату:
Всякое правительство — как бы оно себя ни именовало — стремится не только «управлять» волею народных масс, но и воспитывать эту волю сообразно своим принципам и целям. Наиболее демагогические и ловкие правительства обычно прикрашивают свое стремление управлять народной волей и воспитывать ее словами: «мы выражаем волю народа» И при этом ни слова не сказать о том, что тут Алексей Максимович как раз о большевистском правительстве пишет! Ни слова не сказать о том, что это ещё не самые "ласковые" эпитеты, что далее в той же серии статей Горький усиливает накал разоблачений, к примеру, вот какую цитату ув. Подводник приводит: "Все то, что я говорил о дикой грубости, о жестокости большевиков, восходящей до садизма, о некультурности их, о незнании ими психологии русского народа, о том, что они производят над народом отвратительный опыт и уничтожают рабочий класс — все это и многое другое, сказанное мною о «большевизме» — остается в полной силе". Каков накал, да? Эти слова Горького прям хоть в перестроечном "Огоньке" печатай, хоть в "Спутнике и погроме", хоть в геббельсовской листовке! Скандал!

Я, конечно, вовсе не к тому веду, что "Несвоевременные мысли" Горького нужно замалчивать и скрывать от читающего пролетария. Ни в коем случае! Но (большое и важное "НО")! Если уж ты такое спорное и неоднозначное произведение классика в своём кинЕ цитируешь, то изволь рассказать о нём поподробнее, поясни своим зрителям, откуда у классика вообще взялись подобные мысли и как он сам позднее к этим мыслям относился - развивал и продвигал, или же признал ошибочными и предал забвению... А не вырывай тупо пару предложений, которые тебе "подходят" для обоснования твоих выкладок - такими приёмами ты только навредишь нашему Общему Делу, помешаешь пропаганде марксистско-ленинских идей и популяризации нашенского, правильного, пролетарского взгляда на отечественную историю.

Вопчем, коллективу авторов канала "Накануне" мы выражаем наше марксистское "ай-ай-ай", а про "Несвоевременные мысли" товарища Горького придётся поговорить особо. Кому интересно - пожалуйте под "кат".

Цикл статей "Несвоевременные мысли"
- парадоксальное произведение. С одной стороны, анализ ситуации в этих статьях - буквально "никакой". Буревестник, обычно такой мудрый, спокойный, уверенный, логичный и убедительный, здесь сам на себя не похож: сыплет вздорными обвинениями и банальнейшими "прописными истинами", через абзац противоречит сам себе и почти непрерывно истерит. Не знай я, что это Горький написал - решил бы, что читаю вздор типичного интеллигентствующего "борца за всё хорошее против всего плохого".

Парадокс заключается в том, что лично я товарища Горького за этот бредовый цикл статей - только зауважал ещё сильнее. Товарищ Горький своими "Несвоевременными мыслями" показал, что на компромисс с совестью не идёт, что если ему какое-то явление не по кайфу - он немедленно свои сомнения озвучит, не станет молчать. И плевать, если Правда окажется неприятной для кого-то из родных и близких, если ради Правды придётся поссориться с высокопоставленными друзьями, если за Правду могут в морду дать. Буревестника всё равно не принудишь петь то, что его убеждениям противно. И молчать Буревестника можно заставить - только уничтожив его физически. Красавчик, чё. Наш человек! А что ошибался временами, так ведь эрраре-то - гуманум эст! В те грозные времена - кто только не ошибался! Плеханов, вон, какой кит был - а и тот чуть было в услужение к золотопогонникам не пошёл! И не говорите мне, что это тов. Плеханов "продался" - дедушка тогда уже одной ногой в могиле стоял и вряд ли думал о бабле (о котором он вообще по жизни мало думал). Просто заблудился старый, а если уж Первый Российский Марксист умудрился заблудиться - так чего ждать от Буревестника, которому в плане политграмоты до Плеханова далековато было? А тут ещё и некоторые большевики, навроде Зиновьева, вместо того, чтобы мирно и спокойно провести с тов. Горьким разъяснительную работу - начали писателя обзывать последними словами, обвинять в "предательстве пролетариата" и всячески поносить...

Впрочем, ругателей тоже можно понять. Даже сейчас, в сравнительно спокойное время, с культурой дискуссии у нас большие проблемы. При малейшем несогласии друг с дружкой, авторы начинают грубо браниться, переходить с сути спора на личности оппонентов, угрожать расправой, расплёвываться со старыми приятелями из-за пустяков и т.п. И это в ситуации, когда всего лишь борьба идей происходит! Что же будет в ситуации, когда речь пойдёт уже о настоящей политической борьбе? Когда спор будет идти не о постах в ЖЖ, а о политических практиках? Когда за оппонентом реально можно будет выслать карательный отряд? Страшно представить... А ведь нам всё это пережить придётся... В ближайшую же пятилетку, видимо... Брррррр...

И кое-где по соседству ведь Уже Началось...

Но вернёмся к "Несвоевременным мыслям". Начинается этот цикл статей вполне себе безобидно, никаких обличений, никаких обвинений в адрес большевиков и вообще кого бы то ни было. Просто товарищ Горький, настоящий Гуманист, огорчается: мол, как же так, Революция свершилась, тирания пала, а насилие таки продолжается?
Преступно и гнусно убивать друг друга теперь, когда все мы имеем прекрасное право честно спорить, честно не соглашаться друг с другом. Те, кто думает иначе, неспособны чувствовать и сознавать себя свободными людьми. Убийство и насилие - аргументы деспотизма, это подлые аргументы - и бессильные, ибо изнасиловать чужую волю, убить человека не значит, никогда не значит убить идею, доказать неправоту мысли, ошибочность мнения.

Тем временем, на приём к Буревестнику приходят всякие-разные люди. Вот пришла к нему мадама, которая при царе-батюшке усердно работала на ФСБ охранное отделение. Мадама не раскаивается, мадаму не тяготят думы о загубленных ею людях, мадама вообще не думает, что как-то против Общества накосячила. Она просто озабочена собственной судьбой. Спасите, мол, товарищ Горький! Мол, ща в газетах списки провокаторов охранки публикуют, если мою фамилию засветят - кердык тогда и мне, и всей моей родне! Сделайте что-нибудь, пожалуйста! Вы же добрый, я знаю, я ваши книжки читала. Помогите симпатичной девушке во имя Вселенского Добра, помогите избежать ответственности за преступления! А я вам ещё пригожусь. Для половых утех, например.

- Но, послушайте же, послушайте.
В ее жестах есть нечто театральное, и она явно стремится напомнить о себе как о женщине, хочет, чтоб я почувствовал себя мужчиной. Красиво закинув голову, выгнув грудь, она, точно ядовитый цветок, ее красивенькая головка подобна пестику в черных лепестках кружев кофты.
- Хотите, я буду вашей любовницей, вашей девушкой для радостей? - спрашивает она почему-то на французском языке.
Я отхожу от нее. Гибко встав на ноги, она говорит:
- Ваши речи о любви, о сострадании - ложь. Все - ложь. Все! Вы так писали о женщинах... они у вас всегда правы - это тоже - ложь! Прощайте!
Потом, уходя, она говорит уверенно и зло:
- Вы погубили меня.
Исчезла, приклеив к душе моей черную тень. Может быть, это неуместные, красивенькие слова, но - она бросила меня в колючий терновник мучительных дум о ней, о себе. Я не умею сказать иначе того, что чувствую. К душе моей пристала тяжелая черная тень. Вероятно, это - глупые слова. Как все слова.
Разве не я отвечаю за всю ту мерзость жизни, которая кипит вокруг меня, не я отвечаю за эту жизнь, на рассвете подло испачканную грязью предательства?
На улице шумит освобожденная народная стихия, сквозь стекла окон доносится пчелиное жужжание сотен голосов. Город, как улей весной, когда проснулись пчелы, мне кажется, что я слышу свежий острый запах новых слов, чувствую, как всюду творится мед и воск новых мыслей.
Меня это радует, да.
Но я чувствую себя пригвожденным к какой-то гнилой стене, распятым на ней острыми мыслями о изнасилованном человеке, которому я не могу, не могу помочь, ничем, никогда...

Товарищ Буревестник уже сам смутно понимает, что с такой вот мадамой и другими подобными мадамами разговаривать - бесполезно. Что к таким вот мадамам придётся-таки применять ненавистные "аргументы деспотизма". Рано или поздно. Более того, поскольку теперь в России воцарилась демократия и сам Горький начал принимать участие в политической жизни - именно ему и придётся убивать, сажать в тюрьму, "насиловать волю" и т.п. Причём делать всё перечисленное - НАДО, надо обязательно. А несчастного Алексея Максимыча от одной мысли об этом буквально наизнанку выворачивает. Ему уже думается - а не покинуть ли сей гнусный мир, в котором настоящему Гуманисту невозможно существовать, не огорчаясь каждую секунду жизни?
Когда эта женщина ушла, я подумал с тупым спокойствием отчаяния:
- А не пора ли мне застрелиться?

Если кто не в курсе - Алексей Максимыч до этого уже раз пытался свести счёты с жизнью. В молодости, лет в 19, емнип. Тогда у него чёрная полоса в жизни началась - мечты об учёбе в университете рухнули, писательство казалось пустой тратой времени, диктатура алчных, жестоких и сумасбродных "хозяев" выглядела несокрушимой, мысли о борьбе с этой диктатурой не встречали сочувствия даже у угнетённых работяг, которые норовили не бороться с "хозяином", а подлизываться к нему, устраивая личное благополучие за счёт своих же братьев по классу... Не видел начинающий гуманист в окружающих людях ни друзей, ни единомышленников. Не желая всю оставшуюся жизнь наблюдать за торжеством Зла, юный и горячий Алексей Максимыч психанул и выстрелил себе в грудь. К счастью, промахнулся мимо сердца и выжил. А много лет спустя, вишь, опять "накатило", опять суицидальные мысли появились. Опять не видел Горький вокруг себя друзей и единомышленников - пропаганда абстрактного гуманизма в 17-м году не встречала сочувствия ни в ком. Февральская революция дала россиянам политические свободы - но и только. Аграрный вопрос повис в воздухе и стало ясно, что разрешится он лишь через очень большую кровь, никак иначе. Вопрос о рабочем контроле тоже повис в воздухе и стало ясно, что "договориться по-хорошему" не получится не только у крестьян с помещиками, но и у пролетариев с буржуями. Вопрос о мире сперва повис в воздухе, а потом "патриотичное" офицерьё и вовсе стало расстреливать большевистских агитаторов в войсках, какбе заявляя: "Нет, мы таки будем воевать до победного! Кто не согласен - тому пулю в лоб!" Соответственно, стало ясно, что и этот вопрос "разговорами" не решить, есть две стороны конфликта, они непримиримы и на компромисс идти не желают, в оконцовке одна сторона непременно "изнасилует волю" другой стороны, ЗАСТАВИТ ПОДЧИНЯТЬСЯ. В воздухе стоял отчётливый запах кровищи, а кое-где кровь уже лилась, помаленьку (впрочем, там она и до Революции тоже лилась). Товарищ Буревестник старается держаться подальше от важных вопросов, пахнущих кровушкой, занимается популяризацией науки, пытается культуру в массы двигать и убеждает окружающих (наверное, самого себя тоже), что широкое распространение культуры поможет от "кровопролитиев" спастись.
Наше крестьянство живет в ужасных условиях, не имея правильно организованной медицинской помощи. Половина всех крестьянских детей умирает от разных болезней до 5-летнего возраста. Почти все женщины в деревне страдают специальными женскими болезнями. Деревня гниет в сифилисе, деревня погрязла в нищете, невежестве и одичании. Русский крестьянин не имеет сил обрабатывать землю так, чтобы "она давала ему все возможное количество продуктов. Десять лет тому назад русская наука указала, что с площади в 3/4 десятины наш крестьянин снимает хлеба и картофеля 20 пудов, тогда как в Японии эта площадь дает 82 пуда, в Англии - 84, в Бельгии - 88. За десять лет эти цифры не изменились к лучшему для нас.
Сельскохозяйственная техника совершенно не развита в России, безграмотность крестьянства, его культурная беспомощность, - это главная причина нашей государственной отсталости и одно из печальных условий, которым объясняется наша внешняя политика, вредная для интересов промышленности, замедляющая ее правильное развитие.
Городское население находится в условиях немногим лучших, чем условия деревни. В городах нет канализации, в фабричных трубах - дымогаров, земля в городах отравлена заразой гниющих отбросов, воздух - дымом и пылью.
Все это, преждевременно истощая наши силы, убивает нас. Дети города нездоровы, худосочны и до болезненности нервно возбуждены.
В этом скрыта причина хулиганства, здесь источник преступности и духовного нездоровья...
...Велика и обильна Россия, но ее промышленность находится в зачаточном состоянии. Несмотря на неисчислимое количество даров природы, в земле и на земле нашей, - мы не можем жить продуктами своей страны, своего труда. Промышленно-культурные страны смотрят на Россию, как на Африку, на колонию, куда можно дорого сбыть всякий товар и откуда дешево можно вывозить сырые продукты, которые мы, по невежеству и лени нашей, не умеем обрабатывать сами. Вот почему в глазах Европы мы - дикари, бестолковые люди, грабить которых, так же как негров, не считается зазорным.
Технически развитая промышленность - основа социального и государственного благополучия.
Это особенно важно помнить теперь, когда наша слабая промышленность, разрушенная войною, продолжает разрушаться стихийными силами революции, трагическим невежеством народных масс и эгоизмом самих предпринимателей, часто людей, совершенно лишенных сознания своей ответственности пред страной.
На почве нищеты и невежества никогда не осуществятся наши прекрасные мечты, на этой гнилой почве не привьется новая культура, на гнилом болоте не разведешь райский сад - нужно осушить, оздоровить болото.
Полное осуществление идеалов социалистической культуры возможно только при наличии всесторонне технически развитой и строго организованной промышленности.
Для того, чтобы промышленность достигла должного и необходимого развития, требуется техника, технику же может создать только наука. Мы не умеем строить машин: нам необходимо иметь в России "Институт прикладной механики", где наши ученые изобретали бы новые типы наиболее работоспособных ткацких станков, двигателей сельскохозяйственных орудий и т.д.
Мы не умеем обрабатывать сырые продукты - нужно учредить "Институт Химии", в котором ученые изыскивали бы лучшие и дешевые способы обработки сырья.
Нам нужно еще многое - все это мы должны создать, если только мы не мертвые люди, если мы хотим жить здоровой, разумной жизнью.

Очень современненько, да? И рецепты очень современные предлагаются. Забудем, мол, о политике, забудем о классовой борьбе, будем рассуждать о важности и нужности Науки, Культуры и Промышленности вообще - ведь эти замечательные штуки нужны всем классам и сословиям, всем они полезны! Между тем, сам же Горький пишет (см. выделенное красным), что пресловутую промышленность рушат как пролетарии, так и хозяевА. Горький полагает, что это от невежества происходит. На самом же деле причина - классовые интересы. Буржуину фабрика нужна не для того, чтобы сограждан полезными и нужными товарами снабжать, не "процветания России" жаждет буржуин, возводя фабрику. Он хочет - получать прибыль. Любой ценой. МАКСИМАЛЬНУЮ прибыль, это важно. И если буржую говорят, что работяга по новым заположнякам получается "тоже человек", что ему нужно создать нормальные условия для работы и жизни, а потому придётся строить за буржуинский счёт новые бараки, заморачиваться техникой безопасности и повышать зарплаты, а в перспективе и до управления производством придётся пролетария допустить - буржуин тут же понимает, что максимальных прибылей ему больше не видать. А потому он вообще производство останавливает. Да, от этого получается ущерб России, но буржую только такая Россия нужна, в которой буржуй будет богатым и важным. А если вся Россия процветёт, но буржуин при этом обеднеет - нах-нах такое "процветание"! Работяга тоже не дурак, он отношение буржуя к стране и согражданам видит и понимает. Тем более, после Февраля Свобода Слова началась, грамотный пролетарий почитал газеты и узнал в деталях, как во время войны Россиюшка катилась в кризис и нищала, а буржуин при этом набивал карманы и богател. Фабрика в глазах работяги - просто инструмент, при помощи которого буржуин выжимает соки из работников и потребителей. Потому работяга без особых сантиментов расковыривает станки в поисках дорогого цветмета, разбирает фабричную трубу, чтобы из кирпичей построить себе сарайчик, грабит склады с ценным сырьём, необходимым для производства. И Горький может хоть 24 часа в сутки рассказывать пролетариям "о культурной, о творческой роли промышленности, о ее государственном значении" - это всё слова, а на деле пролетарий видит собственное бедовое положение, видит шестиэтажную яхту условного Дерипаски и делает соответствующие выводы о "роли и значении" принадлежащего условному Дерипаске производства.
То же самое и помещичьих латифундий касается. Горький вот сокрушается в одной из следующих статей цикла, что тёмный крестьянин, мол, не понимает важности барского образцового хозяйства:

И разрушает редкие гнезда сельскохозяйственной культуры в России, разрушает города Персии, ее виноградники, фруктовые сады, даже оросительную систему, разрушают всё и всюду.

Ну да, так оно и было. Только вот это для Горького барское поместье - "редкое гнездо сельскохозяйственной культуры". А для окрестных крестьян это поместье - натуральный Мордор, Царство Тьмы, куда целые поколения несчастных хлеборобов несли плоды своих трудов, отправляли в услужение своих самых крепких сыновей и самых симпатичных дочерей, а взамен получали - приказы "разорить", "запороть", "отдать в рекруты", "сослать в Сибирь", "продать, разлучив с семьёй" и т.д. Полвека с момента отмены крепостного права ограбленный барами при "освобождении" крестьянин ждал, что баре таки "одумаются" и поделятся с мужиками землицей. Кушал лебеду с мякиной, терпел тесноту, грабительские поборы и всё ждал, когда уже земля пахарям "отойдёт", как оно "по-божески" полагается. Вот, уже и царя скинули, и любезные крестьянину эсеры в правительстве засели - а земля всё в руках барина. И всё обещают Новые Демократические Начальнички "обсудить земельный вопрос", но всё никак к этому вопросу не приступят. Ну вот, на местах некоторые мужики устали ждать, взяли землю силой. А попутно барин лишний раз увидел, как выглядит бунт тёмных, голодных и озлобленных людей.


Страшно выглядит, да.
Ну, а зачем же было крестьян так долго держать в темноте, морить голодом и озлоблять презрительным отношением? Уж извините, гражданин товарищ барин - что посеешь, то и пожнёшь! Баре столетиями забирали у крестьянина всё, что приглянулось, включая даже членов крестьянской семьи, а тех крестьян, которые барской воле противились, ждали кнут, нагайка, пуля. Теперь власть перешла к крестьянам и они пожелали вести себя по-барски: забирать у помещиков, ставших угнетённым классом, всё, что приглянется. Если же какой помещик начнёт сопротивляться - поступить с ним так же, как барин, ещё совсем недавно, с мятежным крестьянином поступал! Благо, кнутами, нагайками и ружбайками крестьяне уже обзавелись.

Короче говоря, гражданская война в России уже не только назрела, но и перезрела. Классовые противоречия слишком далеко зашли. Люди уже были готовы тупо уничтожать ценную собственность, лишь бы она классовому врагу не досталась. Всю страну готовы были уничтожить, лишь бы только не видеть торжества своих противников!


Это касается и помещиков с буржуями, и крестьян с пролетариями. Причина подобных нестроений - неуверенность в завтрашнем дне, двоевластие. Буржуин ни в жЫсть не стал бы собственный завод разорять, если б не боялся, что завтра окрепшие Советы завод на Общее заберут. Крестьянин не стал бы жечь барскую усадьбу вместе со скотиной (я имею в виду не барина, а коров, свинок, овечек etc.) и ценным инвентарём, если бы был уверен, что барин уже никогда не вернётся и не потребует "реституции" - будь у крестьянина такая уверенность, он, ясен пень, ничего бы не палил, сохранил бы "гнездо сельскохозяйственной культуры" для "опчества".
Уже к лету 17-го года всем грамотным и понимающим людям стало ясно, что игры в демократию пора заканчивать, что пришло время решительных действий против классового врага. Политические представители помещиков и капиталистов начали всё смелее говорить о том, что неплохо было бы "зарвавшихся хамов" поставить на место: лишить их политической субъектности, разогнать их организации, истребить их лидеров и активистов! Соответственно, политические представители крестьянства и пролетариата начали говорить о том, что неплохо бы паразитов-эксплуататоров "уничтожить как класс" - лишить их собственности и, таким образом, политически разоружить. Ни о какой "демократии" при таких раскладах, естественно, речи идти не могло. И о политической "нейтральности" - тоже. Либо ты за один класс, либо за другой, либо вообще сразу от обоих классов по башке получишь. А наш дорогой Гуманист, товарищ Горький, упорно продолжает проповедовать всеобщее братство и ругать тех, кто, по его мнению, "раскачивает лодку".
Весьма вероятно, что мои мысли "наивны", я уже говорил, что считаю себя плохим публицистом, но все-таки с упрямством, достойным, быть может, лучшего применения, "я буду продолжать свою линию", не смущаясь тем, что "глас" мой останется "гласом вопиющего в пустыне", увы! - не безлюдной.
С книжного рынка почти совершенно исчезла хорошая, честная книга, - лучшее орудие культуры. Почему исчезла, - об этом в другой раз. Нет толковой, объективно-поучающей книги, и расплодилось множество газет, которые изо дня в день поучают людей вражде и ненависти друг ко другу, клевещут, возятся в пошлейшей грязи, ревут и скрежещут зубами, якобы работая над решением вопроса о том - кто виноват в разрухе России?
Разумеется, каждый из спорщиков искреннейше убежден, что виноваты все его противники, а прав только он, им поймана, в его руках трепещет та чудесная птица, которую зовут истиной.
Сцепившись друг с другом, газеты катаются по улицам клубком ядовитых змей, отравляя и пугая обывателя злобным шипением своим, обучая его "свободе слова" - точнее говоря, свободе искажения правды, свободе клеветы.
"Свободное слово" постепенно становится неприличным словом. Конечно, - "в борьбе каждый имеет право бить чем попало и куда попало"; конечно, - "политика - дело бесстыдное" и "наилучший политик - наиболее бессовестный человек", - но, признавая гнусную правду этой зулусской морали, - какую, все-таки, чувствуешь тоску, как мучительна тревога за молодую Русь, только что причастившуюся даров свободы!
Какая отрава течет и брызжет со страниц той скверной бумаги, на которой печатают газеты!
Долго молился русский человек Богу своему: "Отверзи уста моя!" Отверзлись уста и безудержно изрыгают глаголы ненависти, лжи, лицемерия, глаголы зависти и жадности. Хоть бы страсть кипела в этом, страсть и любовь, но - не чувствуется ни любви, ни страсти. Чувствуется только одно - упорное и - надо сказать - успешное стремление цензовых классов изолировать демократию, свалить на ее голову все ошибки прошлого, все грехи, поставить ее в условия, которые неизбежно заставили бы демократию еще более увеличить ошибки и грехи.
Это ловко задумано и не плохо выполняется. Уже вполне ясно, что когда пишут "большевик", то подразумевают - демократ, и не менее ясно то, если сегодня травят большевиков за их теоретический максимализм, завтра будут травить меньшевиков, потому что они социалисты, а послезавтра начнут грызть "Единство" за то, что оно все-таки не достаточно "лояльно" относится к священным интересам "здравомыслящих людей". Демократия не является святыней неприкосновенной, - право критики, право порицания должно быть распространяемо и на нее, это - вне спора. Но, хотя критика и клевета начинаются с одной буквы, - между этими двумя понятиями есть существенное различие, - как странно, что это различие для многих грамотных людей совершенно неуловимо! О, конечно, некоторые вожди демократии "бухают в колокол, не посмотрев в святцы", - но не забудем, что вожди цензовых классов отвечают на эти ошибки пагубной для страны "итальянской" забастовкой бездействия и запугиванием обывателя, запугиванием, которое уже дает такие результаты, как, напр., следующее "Письмо к Врем. Правительству", полученное мною:
"Революция погубила Россию, потому что всем волю дали; у нас везде анархия. Радуются евреи, которые получили равноправие; они погубили и погубят русский народ. Надо для спасения страны самодержавие".
Не первое письмо такого тона получаю я, и надо ожидать, что количество людей, обезумевших со страха, будет расти все быстрей, - пресса усердно заботится об этом.
Но, именно теперь, в эти трагически запутанные дни, ей следовало бы помнить о том, как слабо развито в русском народе чувство личной ответственности и как привыкли мы карать за свои грехи наших соседей.
Свободное слово! Казалось, что именно оно-то и послужит развитию у нас, на Руси, чувства уважения к личности ближнего, к его человеческим правам. Но, переживая эпидемию политического импрессионизма, подчиняясь впечатлениям "злобы дня", мы употребляем "свободное слово" только в бешеном споре на тему о том, кто виноват в разрухе России. А тут и спора нет, ибо - все виноваты.
И все - более или менее лицемерно - обвиняют друг друга, и никто ничего не делает, чтоб противопоставить буре эмоции силу разума, силу доброй воли.

Горький прав. Действительно, эти его мысли очень "наивны" и упрямству Буревестника можно было бы "найти лучшее применение". Как видим, в товарище Горьком тут внезапно (и очень некстати) проснулся заскорузлый идеалист. Товарищ Горький забыл, что бытие определяет сознание, что идеология является отражением реальности, а не наоборот. Не с газетных страниц ненависть хлынула "в реал", напротив - ненависть из реала выплеснулась на страницы газет. Товарищ Горький полагает, что крестьянина, к примеру, нужно было специально УЧИТЬ ненавидеть помещика? Типа, столетия непрерывных издевательств и грабежей ничему пейзан не научили? Или обратный пример: что, помещик без погромных статей в черносотенных газетах - ненависти к крестьянину не питал? Да полно! Как можно систематически человека грабить - и при этом не питать к нему ненависти? Ты его будешь ненавидеть хотя бы потому, что постоянно "обратки" ждёшь! Реальность вынудит тебя целую идеологию придумать - про то, что разоряемый тобой человек, мол, "неэффективный лузер", что он "сам виноват", что "это премудрый Бог так мир устроил" и т.п.
То же самое можно и касаемо поруганной демократии сказать - ну при чём тут газеты? Товарищ Горький отказывался видеть, что объективные условия привели Россию к той точке, в которой классы-антагонисты уже не могут "демократически" договариваться. Буржуи травят большевиков не из ненависти к демократии как таковой, большевики призывают громы и молнии на головы буржуев не из врождённой нелюбви к демократическим процедурам. Просто стало понятно, что работягам с куркулями не о чем договариваться. Помещики хотят оставить землю себе, а крестьяне хотят землю у помещиков отобрать - как ты тут "договоришься"? Тут либо помещики крестьян нагнут под свою волю, либо наоборот. Вон, первая расейская Дума только подняла вопрос об отмене частной собственности на землю - и сразу же была разогнана властью феодалов. Точно так же власть рабочих и крестьян "не сработалась" с членами Учредительного собрания, которые отказывались признавать ленинский "Декрет о земле" и желали "переиграть ситуацию" в пользу помещиков. И сегодня в России "демократия" (подобие демократии) сохраняется только потому, что во всех "демократических" учреждениях сидят - только и исключительно - выразители воли одного класса, класса капиталистов. Вот буржуйские представители друг с дружкой и договариваются тихо-мирно-культурно - делят опчественный "пирог" между разными группировками эксплуататоров. Да и то дело, временами, доходит до мордобоя, погромов и заказных убийств! А ежели парламент вдруг начнёт ПРИНЦИПИАЛЬНЫЕ вопросы поднимать - увидите, как быстро наши демократичнейшие Начальнички "разочаруются в демократии" и прибегнут к грубой силе!


Я не очень понимаю, что это на товарища Горького летом 17-го нашло. Он же в просвещённых европах бывал неоднократно, с забугорными эсдэками много и плодотворно общался, а значит - не мог не знать о том, что пока в обществе существуют классы-антагонисты, пока у целых огромных групп населения диаметрально противоположные экономические интересы, полная демократия никак не может восторжествовать и не появится никаких "объективно-поучающих" книг и газет. Разве Горький был не в курсе, что европейская буржуазная "демократическая" пресса как раз и забита "под завязку" всякой и всяческой клеветой, "чОрным пиаром", пропагандой ненависти и вражды, порнухой и "дутыми" сенсациями? Да ёлки-моталки, он что, Бальзака не читал?!
В "Утраченных иллюзиях", например, очень хорошо товарищ Бальзак раскидал про "свободу слова" в капстране. Там "свободные демократические журналисты" целыми днями только тем и занимаются, что самым подлым образом лгут и лицемерят. При этом лучшие и самые высокооплачиваемые из них - как раз потому считаются "лучшими" и высоко ценятся хозяевами-буржуями, что умеют в лживых и лицемерных статейках убедительно изображать "страсть и любовь", коих так не хватало товарищу Горькому в статьях из расейских газет 17-го года.

Как видим, в начале цикла "Несвоевременные мысли" товарищ Горький не ругает большевиков, да и вообще старается имён и названий партий не называть, воюет с некими обобщёнными "врагами любви, дружбы, света, свободы, демократии и всего хорошего". Большевиков наш Буревестник начал сильно бранить после Великого Октября - как раз в то самое время, когда все проходимцы и портфелисты, напротив, начали искать путей покорешиться с Новой Властью. Неплохой штришок к портрету Алексея Максимыча, это ж надо быть таким "непрактичным": пока за дружбу с большевиками сажали в тюрьму и слали на каторгу, Горький с большевиками дружит, а как только большевики сами стали Рулевыми и за дружбу с ними можно стало пряников получить - Горький немедленно с большевиками разругался чуть ли не насмерть. А снова задружился - только через год, когда уже вовсю бушевала Гражданская война, весь мир предрекал большевикам скорую и бесславную гибель, вожди большевиков падали один за другим под ударами "Белого Террора", а Советская Россия "съёжилась" чуть ли не до размеров древнего Московского княжества... Ну не лох? Вова Соловьёв угорает с этого дурачка!


В следующий раз мы разберём выпады Горького против большевиков, посмотрим, в чём товарищ Буревестник был прав, в чём заблуждался, какие убеждения из числа высказанных в цикле "Несвоевременные мысли" он так и сохранил на всю оставшуюся жизнь, а какие в оконцовке счёл ошибочными и выкинул из головы.
Читайте классику, товарищи читатели, и будьте здоровы.

Рот Фронт!
remi-meisner
 
 
0
+2181
Aldanov

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru