войти кнопки соц.сетей
Последние публикации
7 апреля 2019 в 22:23

Заметки на полях Не лишайте ребенка детства!

Общество всегда с умилением и восторгом наблюдает за тем, как загораются и светят «звездочки» на эстрадном «небосводе». Как бы ни проявлялся ранний талант ребенка, всегда к нему приковано повышенное внимание толпы. И мало кто задумывается в этот момент о том, полезна ли такая слава.

Все восторгаются маленьким человечком, взахлеб рассказывают об его успехах, однако это продолжается не долго. Как правило, все восторги проходят, когда ребенок становится подростком. У мальчиков начинается ломка голоса, и те, которых еще недавно считали вундеркиндами (яркий пример – Робертино Лоретти), вдруг куда-то исчезают, уходят в небытие.

Сейчас экраны наших телевизоров, медиапространство захлестнула волна всевозможных конкурсов, где детей заставляют демонстрировать свои необычные способности буквально во всех областях: показывают ребенка-вундеркинда, знающего несколько языков; девочку, умеющую за считанные секунды собирать кубик Рубика; юную акробатку, словно совсем лишенную костей, скручивающую свое хрупкое тельце практически на 180 градусов. В популярных передачах делают из них маленьких шоуменов.

А ведь ранняя известность очень опасна для неокрепшей психики ребенка. В таком возрасте, когда он не может реально оценивать свои возможности, очень легко надломить его душу, сделав в дальнейшем из него неврастеника, а то и пьяницу или наркомана.

Слава, накрывшая вдруг, очень быстро исчезает, вместе с интересом к юному дарованию, как только он из очаровательного птенчика превращается в угловатого гадкого утенка.

Сейчас общество охватила самая настоящая эпидемия по ломке маленьких человеческих душ. Родители, порой насильно, затаскивают ребенка в ту или иную секцию или школу для одаренных детей, лишая его детства.

В этой связи вспомнилась мне давнишняя история про маленькую поэтессу – Нику Турбину. Впервые о ней я узнал, прочитав в 1981 году статью в «Комсомольской правде», где корреспондент рассказал читателям о необычной девочке, пишущей гениальные стихи. Там же были опубликованы несколько стихотворений вундеркинда. Вот одно из них:

ЧЕРНОВИК

Жизнь моя – черновик,

На котором все буквы – созвездия...

Сочтены наперёд все ненастные дни.

Жизнь моя – черновик.

Все удачи мои, невезения

Остаются на нём,

Как надорванный выстрелом крик.

Девочка надиктовывала эти фразы маме, писать юная поэтесса еще не умела. Тогда меня потрясли эти строки, я не мог поверить, что принадлежат они ребенку, еще не пережившему всего того, что было начертано на тетрадном листке.

Содержание ее произведений никак не вязалось с ее нежным возрастом, и от этого ощущения талант маленькой девочки воспринимался как нечто запредельное, неземное. Строчки четверостиший пленяли своей глубиной и недосказанностью, в них было столько горечи и тоски, что читатель невольно начинал сопереживать автору, а ведь ему в то время было всего 7 лет.

Это сейчас, по прошествии тридцати с лишком лет, я понимаю, чей голос заставлял ребенка произносить эти строчки. В те же времена, когда церковь фактически была под запретом, никому и в голову не могло прийти, что девочка, скорее всего, одержима и ей срочно нужны помощь и крепкая молитва.

Значительно позже, уже узнав о трагической кончине некогда знаменитой поэтессы, я понял, что стихотворение это было посланием, в котором предсказана дальнейшая судьба Ники, уже в то время находившейся в руках безжалостного духа. Несчастная девочка против своей воли выступала неким ретранслятором потусторонней сущности, не успевшей поведать земному миру о своих страданиях.

КТО Я?

Глазами чьими я смотрю на мир?

Друзей? Родных? Зверей? Деревьев?

Птиц?

Губами чьими я ловлю росу,

С упавшего листа на мостовую?

Руками чьими обнимаю мир,

Который так беспомощен, непрочен?

Я голос свой теряю в голосах

Лесов, полей, дождей, метели, ночи...

Так кто же я?

В чём мне искать себя?

Ответить как всем голосам природы?

МАМЕ

Мне не хватает нежности твоей,

Как умирающей птице – воздуха,

Мне не хватает тревожного дрожанья губ твоих,

Когда одиноко мне...

Мне не хватает смешинки в твоих глазах –

Они плачут, смотря на меня...

Почему в этом мире такая чёрная боль?

Наверно, оттого, что ты одна?

Настолько трагичны и безысходны были строчки стихотворения «Мама», что почти физически ощущаешь боль ребенка, обделенного уже в раннем детстве материнской лаской.

Ее мать – Майя Анатольевна – была одаренной художницей. Но реализоваться полностью она так и не смогла, поэтому мечтала вырастить звезду из Ники. Заметив явный поэтический талант дочери, Майя Анатольевна с самого раннего детства стала читать ей стихи Ахматовой, Мандельштама, Пастернака. А потом пригодились и полезные знакомства дедушки – крымского писателя Анатолия Никаноркина. В его ялтинском доме часто гостили московские литераторы. Мама Ники обращалась к ним с просьбой напечатать стихи дочки в столице. Откликнулись немногие. Большинству писателей идея показалась скорее абсурдной – психика девочки еще не окрепла, ранняя слава лишь сломает ее. Вдобавок Никуша и без того видела мир лишь в темных красках.

Помог случай. Когда Нике исполнилось семь лет, в Ялту приехал Юлиан Семенов. Он строил дачу за городом. Однажды ему срочно понадобилась машина до Симферополя, а бабушка Ники как раз возглавляла отдел обслуживания в гостинице «Ялта», где остановился писатель. Она-то и убедила мэтра прочитать стихи внучки. Семенов, раздосадованный задержкой, с недовольным видом взял из рук женщины пухлую папку, прочитал несколько стихотворений и вдруг воскликнул: «Гениально!». Спустя месяц по его просьбе в дом к Турбиным приехали журналисты. А 6 марта 1983 года в печати впервые появились стихи Ники. В тот день девятилетняя школьница проснулась знаменитой.

Страна узнала о юной поэтессе, после того как ее стихи с подачи Юлиана Семенова были напечатаны в «Комсомольской правде». В то время эту газету, без преувеличения, читала вся страна, мне кажется, она была популярней «Правды».

Первая книга ее стихов под названием «Черновик» увидела свет в 1983 году, когда Нике было всего 9 лет. Самое живое участие в ее издании принимал Евгений Евтушенко.

В 1985 году одиннадцатилетняя Ника получает главный приз венецианского поэтического фестиваля «Золотой лев». Она стала второй советской поэтессой, после Анны Ахматовой, удостоенной столь высокой литературной премии.

В то время литературные критики отмечали, что Ника Турбина стала настоящим феноменом на поэтическом небосклоне мира. Стихи Ники сложно отнести к какому-либо направлению, они стоят особняком. Их напряженность, высокий нерв можно сравнить разве что с ахматовскими.

Ее называли «эмоциональным взрывом», «блистательным талантом», «поэтическим Моцартом».

Популярность Ники росла как на дрожжах. Фирма «Мелодия» выпустила пластинку с ее стихами. Посещать ялтинскую школу-гимназию (где в начале века училась Марина Цветаева) стало некогда: все силы отнимали гастрольные поездки по стране. Советский детский фонд выделил Нике именную стипендию. Ее стихи перевели на двенадцать языков. Она всегда выступала при полных залах: все хотели посмотреть на худенькую девчушку с отработанными актерскими жестами и повадками звезды и послушать ее трогательный, еще неокрепший голос, тембр которого надрывал людям душу!

Ника собирала аншлаги не только в Союзе. Ей рукоплескали в Италии и США, а в Колумбийском университете даже прошла конференция о технике перевода стихов юной поэтессы из России.

Однако ничто не продолжается вечно, страна становилась другой, началась перестройка, а вскоре канул в лету СССР, людям стало не до поэзии, маленькую девочку стали забывать.

В конце 80-х Ника пережила свой первый творческий кризис.

В семье Турбиных тоже произошли перемены. Мама Ники – Майя Анатольевна – вышла замуж и родила вторую дочь, Машу – «обычного ребенка, к счастью, не умеющего писать стихи», которому отныне уделялось все внимание взрослых. Так в 13 лет Ника осталась одна, тщетно пытаясь приспособиться к новой жизни.

Судьба ее, увы, была печальна, в 27 лет она трагически погибла, выбросившись из окна многоэтажки.

К сожалению, мало кто из нас учится на чужих ошибках, родители, разглядев в своем чаде задатки таланта, зачастую всеми силами стремятся форсировать события, раздуть слабенькую искорку в полыхающий костер, отнимая таким образом у ребенка детство.

Вот что по этому поводу пишет известный ученый, нейропсихолог Анна Владимировна Семенович: «…Есть нейрофизиологические законы развития мозга. Его энергетический потенциал ограничен в каждый момент времени, поэтому если мы тратим энергию на несвоевременное развитие какой-то психической функции, то возникает дефицит там, куда эта энергия должна была быть актуально направлена. Раз внешняя среда требу- ет выполнения определенной задачи, мозг ее будет выполнять, но за счет каких-то других структур психики…».

Другими словами, если ребенка, толком еще не научившегося говорить, начать натаскивать на освоение не свойственных этому возрасту умений, то возможен нервный срыв.

«…Два–три года – это период очень бурного развития сенсомоторной (когда ребенок начинает познавать мир через движения и прикосновения) и эмоциональной сферы ребенка. А если вы начинаете его учить писать, читать, считать – нагружать его познавательные процессы – то вы отбираете энергию, в частности, у эмоций. И у маленького ребенка «полетят» все эмоциональные процессы и, скорее всего, сорвутся какие-то программы соматического (телесного) развития».

Глубокое заблуждение – считать, что познавательные процессы развиваются только тогда, когда ребенок сел за стол и начал писать буквы. В общении с окружающим миром малыш получает огромную информацию. В этот период чрезвычайно важна роль родителей, которые знакомят свое чадо с окружающей природой, растительным и животным миром.

Увы, на практике наблюдается другое: в погоне за сомнительными достижениями ребенка натаскивают в специализированных учебных заведениях, лишая его нормального детства, общения со своими сверстниками. При таком подходе он остается абсолютно неприспособленным к жизни.

«Опять же есть закон: любое развитие идет от наглядно-образного к абстрактно-логическому. Если мы в три года учим ребенка писать буквы и цифры, то мы этот закон переворачиваем наоборот.

А законы психологии и эволюции должны так же неуклонно выполняться, они так же универсальны, как законы Ньютона. И нарушать их можно только на свой страх и риск», – отмечает в своих выступлениях и книгах нейропсихолог А. В. Семенович.

Солидарны с психологами и священники. Старец Паисий Святогорец говорил: «А больше всего портятся те дети, родители которых, не понимая того зла, которое они им делают, восхищаются своими чадами и считают их какими-нибудь там «вундеркиндами», когда те разговаривают с бесстыдством».

Архиепископ Йошкар-Олинский и Марийский Иоанн в своем интервью, посвященном теме «вундеркиндов», отметил: «В мире все уравновешено. И если человек настолько повзрослеет уже в детстве, то он, скорее всего, состарится – если не физически, то душой – к двадцати годам... Другая проблема – возможная завышенная самооценка детей, их мысли о превосходстве над другими. Любящие родители должны пресекать эту гордыню на корню, чтобы она не стала бичом ни для них, ни для их чада.

Это, в первую очередь, беда тех родителей, у которых в семье только один ребенок. В этом случае они порой не только не способны пресечь детскую гордыню, но и нередко потакают ей. Часто переоценивают возможности своего чада и делают все для того, чтобы он стал «лучшим среди равных». Не задумываясь о том, что это может принести вред, а в будущем испортить ребенку жизнь.

Умные, дальновидные родители воспитывают сыновей и дочерей так, чтобы они стали достойными членами общества. Как правило, именно такие дети становятся и надежной опорой для них в старости. Те же, кто не развивают в своем чаде любви к Богу, к окружающим людям, кто не воспитывают в нем послушание, доброту, рискуют прийти к ситуации, когда повзрослевший ребенок, во-первых, будет несчастлив, а во-вторых, просто откажется от них – своих родителей.

Счастливы папы и мамы не тем, что их дети – олимпийские чемпионы или нобелевские лауреаты, а тем, что их сыновья и дочери здоровы – нравственно и физически. Что они, хоть и не стали чемпионами, но почитают своих родителей, не бросают в несчастии, творят добро.

Любой ребенок – счастье, дар Божий, которым надо дорожить. И великое благо – дать этим «цветам жизни» первые уроки, воспитать их в ласке и добре».

Николай Лудников

Фото: heaclub.ru и peoples.ru

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru